Карл Юнг о жизни, Боге, любви, детях

О жизни, о Боге

Карл Юнг— Верите ли Вы в Бога?
— Я не верю, я знаю.


Если мы не осознаем, что происходит у нас внутри, то извне нам кажется, что это судьба.


Отсутствие смысла в жизни играет критическую роль в этиологии невроза. В конечном счёте невроз следует понимать как страдание души, не находящей своего смысла. Около трети моих случаев – это страдание не от какого-то клинически определимого невроза, а от бессмысленности и бесцельности собственной жизни.


Есть истины, которые истинны лишь послезавтра, и такие, что были истинны еще вчера, – а некоторые не истинные ни в какое время.


По мере того как человек, изменяя собственному закону, упускает возможность стать личностью, он теряет смысл своей жизни. По счастью, снисходительная и долготерпеливая природа никогда не вкладывала фатальный вопрос о смысле жизни в уста большинства людей. А если никто не спрашивает, не нужно и отвечать.


Смерть, если подойти к ней психологически правильно, есть не конец, а цель, и поэтому человек, перевалив за вершину жизни, начинает жить ради смерти.


Горе тем, что живет примерами! Нет жизни в них. Если вы живете в соответствии с примерами, вы живете жизнью этого примера, но кто будет жить вашу жизнь, как не вы сами? Так живите сами.


Сама по себе жизнь ничего не означает до тех пор, пока не появляется человек, пытающийся истолковать её явления.


Ночей – столько же, сколько дней, и в течение года ночное время по длительности равно дневному. Даже счастливая жизнь не обходится без темных моментов, и слово «счастье» утратит свой смысл, если не будет оттеняться печалью.


Человек — это животное, которое сошло с ума. Из этого безумия есть два выхода: ему необходимо снова стать животным; или же стать большим, чем человек.


Сон — это скрытая маленькая дверь, ведущая в самые потаенные и сокровенные уголки души и открывающаяся в космическую ночь.


Дело в том, что человеку обязательно требуются идеи и убеждения, придающие смысл его жизни и позволяющие найти свое место во вселенной. Он преодолеет самые невероятные испытания, будучи убежденным в том, ради чего он это делает. Но когда все неприятности уже позади, он может потерпеть сокрушительное поражение, узнав, что участвует в идиотской и бессмысленной затее.


Чем больше жизнь человека пронизана коллективными нормами, тем более аморален индивидуум…


Даже счастливая жизнь не обходится без темных моментов, и слово «счастье» потеряло бы смысл, если бы не уравновешивалось печалью. Лучше всего принимать происходящее внимательно и хладнокровно.


Жизнь суетна лишь для гоняющихся за суетой.


Рассматривай жизнь как сон среди тысячи снов, а каждый сон как некий подступ к действительности.


Многие кризисы в нашей жизни имеют долгую бессознательную историю. Мы проходим ее шаг за шагом, не сознавая опасности, которая накапливается. Но то, что мы сознательно стараемся не замечать, часто улавливается нашим бессознательным, которое передает информацию в виде снов.


Все самые большие и серьезные проблемы в нашей жизни в определенном смысле неразрешимы… Их невозможно решить, их можно только перерасти…


О любви и отношениях

Встреча двух личностей подобна контакту двух химических веществ: если есть хоть малейшая реакция, изменяются оба элемента


Здоровый человек не издевается над другими. Мучителем становится перенесший муки.


Где правит любовь, там нет желания властвовать, и где господство власти, там нет любви. Любовь — тень власти.


Одиночество обусловлено не отсутствием людей вокруг, а невозможностью говорить с людьми о том, что кажется тебе существенным, или неприемлемостью твоих воззрений для других.


Если бы люди больше осознавали, каким строгим универсальным законам подчиняются даже самые дикие и произвольные фантазии.


Любовь — это не сумасшествие. Уместно ли вообще здесь слово «ум»? Это и свет, и тьма, конца и края которым никогда не будет. И никому не избежать этой таинственной силы.


Мало ценного в том, чтобы знать, когда другой совершает ошибку. Гораздо интереснее знать, когда ты сам совершаешь ее.


…нельзя объяснять человека односторонне — исключительно его теневыми сторонами. В конце концов, важна ведь не тень, а тело, которое эту тень отбрасывает.


Наши личности являются частью окружающего нас мира, и их тайна так же безгранична.


Если человек не осознает внутреннее содержание своей психики, оно влияет на него извне и становится его судьбой


Нельзя оставлять без внимания то, что ложные невротические пути становятся закоренелыми привычками и что, несмотря на всё понимание, они не исчезают до тех пор, пока не заменятся другими привычками, приобрести которые можно только благодаря обучению. Эта работа может осуществляться исключительно через собственное воспитание. Пациент должен быть в полном смысле этого слова «переведён» на другие пути, что может быть осуществлено лишь при наличии у него соответствующего собственного желания.


Мы можем думать, что полностью контролируем себя. Однако друг может без труда рассказать нам о нас такое, о чем мы не имеем ни малейшего представления.


Фанатизм есть признак подавленного сомнения… Если человек действительно убеждён в своей правоте, он абсолютно спокоен и может обсуждать противоположную точку зрения без тени негодования…


Кто знает путь к вечно плодородным краям души? Вы ищете путь лишь в видимости, вы изучаете книги и прислушиваетесь ко всяким мнениям. Что в этом хорошего? Есть только один путь, и это ваш путь.


Все отделены друг от друга тайнами, а через пропасти между людьми ведут обманчивые мосты мнений и иллюзий вместо прочного моста признания.


Думается, вам неоднократно приходилось видеть любящих людей, верящих в свою любовь лишь до тех пор, пока не достигают цели. А затем они отворачиваются, как будто никогда не любили.


При весьма тщательном исследовании выяснилось, что в брак вступают преимущественно люди, относящиеся к разным типам, и причем, как выяснилось, совершенно бессознательно — для взаимного дополнения.


О детях

Дети, конечно, не столь глупы, как мы полагаем. Они слишком хорошо замечают, что настоящее, а что поддельное.


Дети учатся на примере взрослого, а не на его словах.


Все, что мы желаем изменить в детях, следовало бы прежде всего внимательно проверить: не является ли это тем, что лучше было бы изменить в нас самих, как, например, наш педагогический энтузиазм. Вероятно, лучше направить его на себя. Пожалуй, мы не признаемся себе в том, что нуждаемся в воспитании, потому что это беззастенчивым образом напомнило бы нам о том, что мы сами все еще дети и в значительной мере нуждаемся в воспитании.


Мы тянемся в прошлое, к своим родителям, и вперед, к нашим детям, в будущее, которого мы никогда не увидим, но о котором нам хочется позаботиться.


Во взрослом застрял ребенок, вечный ребенок, нечто все еще становящееся, никогда не завершающееся, нуждающееся в постоянном уходе, внимании и воспитании. Это — часть человеческой личности, которая хотела бы развиваться в целостность. Однако человек нашего времени далек от этой целостности, как небо от земли.


Самое тяжкое бремя, которое ложится на плечи ребенка, — это непрожитая жизнь его родителей.


дети как бы только номинально потомки своих родителей, в действительности же порождены всеми коленами предков